Автор: PhD О. В. Мальцев

Введение

На протяжении почти всего XX века психологическая наука развивалась вокруг исследования событий. Именно событие традиционно рассматривалось как основная единица анализа, поскольку оно легко выделяется из общего течения жизни, обладает высокой эмоциональной насыщенностью и хорошо поддается реконструкции.

В центре внимания исследователей оказывались прежде всего те эпизоды, которые принято считать поворотными моментами человеческой биографии:

• психическая травма;
• военный опыт;
• развод;
• потеря близкого человека;
• первый успех;
• первая любовь;
• профессиональный кризис;
• тяжелая болезнь;
• катастрофа;
• революционные события.

Именно подобные явления становились предметом многочисленных исследований, поскольку производили впечатление очевидных причин последующих изменений личности.

Постепенно в психологии сформировалась предпосылка, которая практически перестала подвергаться сомнению:

Личность формируется прежде всего исключительными событиями.

На первый взгляд подобное утверждение выглядит вполне убедительно. Действительно, трудно отрицать влияние войны, тяжелой травмы, серьезной болезни или выдающегося профессионального успеха на дальнейшую судьбу человека.

Однако именно здесь возникает важный методологический вопрос, который в психологической литературе практически не обсуждается.

Что происходит между событиями?

Если человеку пятьдесят лет, сколько дней его жизни действительно приходится на переломные моменты?

Несколько десятков?

Несколько сотен?

Даже при максимально широком понимании кризисные периоды составляют лишь незначительную часть человеческой жизни.

Возникает очевидное противоречие. Если кризисы занимают лишь несколько процентов жизненного пути, каким образом формируется вся остальная структура личности?

Иными словами, психология достаточно подробно изучила исключения, но значительно меньше внимания уделила тому, что составляет основное содержание человеческого существования — обычному течению жизни. Именно в этом «обычном времени» человек существует практически постоянно.

Каждый день он:

• просыпается;
• проходит знакомыми маршрутами;
• общается с одними и теми же людьми;
• повторяет профессиональные действия;
• привычным образом реагирует на замечания;
• принимает сходные решения;
• одинаково завершает рабочий день.

Эти процессы настолько привычны, что чаще всего рассматриваются лишь как фон человеческой жизни.

Однако возникает принципиально иная исследовательская гипотеза.

Возможно, именно этот «фон» и представляет собой главный предмет психологической науки.

Методологическая ошибка событийного подхода

Любая наука определяется не только своими открытиями, но и тем, что она принимает за основную единицу анализа.

Физика изучает взаимодействия. Биология — живые системы. Лингвистика — язык.

Психология же традиционно выбирала в качестве такой единицы отдельное психическое явление:

• эмоцию;
• мотив;
• решение;
• травму;
• конфликт;
• симптом.

Несмотря на различие этих феноменов, их объединяет одна общая особенность. Все они рассматриваются как относительно самостоятельные события.

В результате человеческая жизнь начинает восприниматься как последовательность отдельных эпизодов, между которыми располагается огромный массив времени, редко становящийся самостоятельным объектом исследования.

Между тем именно в этом промежутке происходят процессы, имеющие фундаментальное значение.

Именно здесь:

• возникают привычки;
• закрепляются способы мышления;
• автоматизируются профессиональные действия;
• формируются устойчивые эмоциональные реакции;
• создаются маршруты поведения.

Другими словами, именно здесь постепенно строится личность. Возникает серьезное методологическое предположение.

Психология сосредоточилась преимущественно на редких изменениях системы, значительно меньше исследуя механизмы, которые ежедневно воспроизводят саму систему.

Почему кризис не возникает внезапно

В практической психологии кризис обычно рассматривается как поворотный момент человеческой жизни. Однако любой кризис имеет собственную историю. Человек крайне редко становится тревожным за один день. Он почти никогда не разрушает карьеру одним единственным решением. Практически невозможно потерять профессиональную форму после одного неудачного выступления. Реальная картина оказывается значительно сложнее.

На протяжении месяцев или даже многих лет постепенно повторяются:

• небольшие компромиссы;
• одинаковые способы реагирования;
• сходные решения;
• привычные объяснения происходящего;
• повторяющиеся эмоциональные реакции;
• однотипные модели поведения.

Каждое отдельное повторение кажется слишком незначительным, чтобы изменить личность. Однако тысячи подобных повторений постепенно образуют устойчивую структуру. Именно поэтому кризис следует рассматривать не как начало процесса, а как момент, когда накопленная архитектура повторений становится наконец видимой. Такое понимание существенно меняет исследовательскую задачу. Недостаточно изучать сам кризис. Необходимо реконструировать всю систему повторений, которая сделала его возможным.

Новая исследовательская гипотеза

Настоящее исследование исходит из следующей фундаментальной гипотезы.

Главным механизмом построения личности является не единичное событие, а повторение.

При этом повторение не следует понимать как простое механическое воспроизведение одного и того же действия. Повторение представляет собой устойчивое возвращение психологической системы к сходным способам восприятия, оценки происходящего, выбора решений и поведения.

Повторяются:

• привычные маршруты;
• повседневные ритуалы;
• когнитивные схемы;
• эмоциональные ответы;
• профессиональные алгоритмы;
• формы общения;
• структуры внимания;
• способы объяснения собственного опыта.

Именно совокупность этих повторяющихся процессов постепенно формирует устойчивую архитектуру личности. Если данная гипотеза верна, то изменяется сама единица психологического исследования. Объектом изучения становится уже не только событие, кризис или симптом. Главной единицей анализа становится цикл повторения.

Цель настоящего исследования

Настоящая работа ставит перед собой несколько взаимосвязанных задач.

Во-первых, проследить, каким образом идея повторения присутствовала в различных психологических школах — от судьбоанализа Леопольда Сонди до современной когнитивной психологии и нейронауки.

Во-вторых, показать, что различные исследовательские традиции неоднократно подходили к пониманию роли повторения, однако рассматривали его лишь как один из элементов более широких теоретических построений.

В-третьих, обосновать возможность выделения повторения в самостоятельную фундаментальную единицу анализа личности.

Наконец, предложить новую исследовательскую программу — психологию повторения, в которой главным предметом исследования становится не описание исключительных событий, а изучение устойчивых циклов, постепенно формирующих человека.

Выводы первой главы

Проведенный анализ позволяет поставить под сомнение одно из наиболее устойчивых представлений современной психологии — представление о том, что личность формируется преимущественно под воздействием исключительных событий.

Безусловно, кризисы, травмы, победы и судьбоносные эпизоды оказывают влияние на человека. Однако они составляют лишь небольшую часть его жизненного пути.

Основное же содержание человеческой жизни связано с тем, что происходит ежедневно. Именно в повторении привычных действий, способов мышления, эмоциональных реакций и моделей поведения постепенно возникает та структура, которую мы называем личностью.

Поэтому исследование повторения может рассматриваться не как второстепенное направление психологической науки, а как самостоятельная исследовательская программа, позволяющая по-новому объяснить механизмы формирования человека.

Переход к следующей главе

Если повторение действительно является фундаментальным механизмом построения личности, возникает закономерный вопрос.

Кто первым сделал повторение центральной проблемой психологического исследования?

История науки показывает, что наиболее последовательно этот вопрос поставил Леопольд Сонди. Именно его судьбоанализ впервые сформулировал идею о том, что прошлое не исчезает после завершения события, а продолжает воспроизводить себя в будущем через повторяющиеся выборы человека.

С анализа этой концепции начинается следующая глава настоящего исследования. Продолжение Часть II