Почему главным объектом психологии становится архитектура условий, в которых развивается человек

Аннотация

Современная психология сформировалась как наука, исследующая внутренние психические процессы человека: восприятие, внимание, память, мышление, мотивацию и личность. Однако возрастающая сложность социальных, информационных и профессиональных систем постепенно изменяет условия человеческого развития, вследствие чего становится недостаточным объяснение поведения исключительно через внутренние характеристики субъекта. Всё большее значение приобретают организованные когнитивные среды, внутри которых формируются, поддерживаются и реализуются психические процессы.

В статье обосновывается положение о том, что будущее психологии связано со смещением исследовательского интереса от внутренних психических процессов к архитектуре условий, в которых эти процессы формируются, поддерживаются и развиваются. В качестве теоретической основы используются экологический подход к восприятию, теория распределённой когниции, культурно-историческая психология, экологическая теория человеческого развития, исследования проектирования среды и теория сложности. Их синтез позволяет показать, что эффективность человеческого мышления определяется не только индивидуальными когнитивными характеристиками, но и организацией когнитивного мира, в котором осуществляется деятельность.

Предлагается рассматривать когнитивный мир как новый объект психологического анализа, объединяющий пространственные, информационные, коммуникативные и организационные условия развития человека. Такой подход не заменяет традиционный предмет психологии, а расширяет его, включая в исследовательское поле архитектуру когнитивных условий как самостоятельный фактор формирования внимания, мышления, обучения и профессионального развития. Делается вывод, что одним из перспективных направлений развития психологии XXI века становится исследование и проектирование когнитивных миров как среды человеческого развития.

Ключевые слова: психология будущего; когнитивный мир; когнитивная среда; распределённая когниция; экологическая психология; проектирование среды; теория сложности; развитие человека; внимание; мышление.

1. Когда предмет науки перестаёт совпадать с реальностью

История науки показывает, что развитие любой дисциплины связано не только с накоплением новых данных, но и с постепенным изменением самого предмета исследования. По мере усложнения изучаемой реальности прежние исследовательские модели могут сохранять свою объяснительную силу лишь в ограниченном диапазоне явлений, тогда как новые условия требуют расширения концептуального аппарата и пересмотра исследовательских приоритетов. Подобные изменения происходили в физике, биологии, экономике и других областях знания, где усложнение объекта исследования неизбежно приводило к изменению научной оптики.

Психология не является исключением. На протяжении XX века её развитие было связано с глубоким изучением внутренних психических процессов человека. Были разработаны фундаментальные модели восприятия, памяти, внимания, мышления, эмоций, мотивации и личности. Благодаря этим исследованиям психология сформировалась как самостоятельная научная дисциплина с развитым понятийным аппаратом, экспериментальными методами и многочисленными прикладными направлениями. Современная психологическая наука располагает значительным объёмом знаний о закономерностях функционирования человеческой психики и механизмах индивидуального поведения.

Однако изменения, происходящие в социальной, технологической и информационной среде, постепенно выявляют ограничения исключительно интрапсихического подхода. В условиях возрастающей сложности поведение человека всё труднее объяснить только особенностями его когнитивных способностей, личностных характеристик или мотивационной структуры. Всё чаще решающее значение приобретают условия, в которых осуществляется деятельность: организация информационного пространства, характер профессионального окружения, структура коммуникаций, доступные инструменты мышления и способы распределения внимания. Иными словами, эффективность человеческой деятельности всё в большей степени определяется не только тем, каким является человек, но и тем, в какой когнитивной архитектуре он действует.

Особенно отчётливо данная тенденция проявляется в профессиональной и образовательной сферах. Люди с сопоставимым уровнем подготовки нередко демонстрируют принципиально разные результаты, оказываясь включёнными в различные организационные и когнитивные среды. Традиционные психологические характеристики оказываются необходимыми, но уже недостаточными для объяснения подобных различий. Возникает необходимость учитывать свойства самой среды как фактора, активно участвующего в формировании внимания, мышления, принятия решений и профессионального развития.

Это обстоятельство не означает, что классический предмет психологии утрачивает своё значение. Напротив, накопленные знания о психических процессах остаются фундаментом современной психологической науки. Однако возрастающая сложность человеческой деятельности требует расширения исследовательской перспективы. Если ранее основной вопрос психологии можно было сформулировать как исследование механизмов функционирования психики, то сегодня всё более актуальным становится другой вопрос: какие условия обеспечивают возникновение, поддержание и развитие этих механизмов?

Именно этот сдвиг исследовательского интереса составляет предмет настоящей статьи. Её задача заключается не в пересмотре классических психологических концепций, а в теоретическом обосновании необходимости включения архитектуры когнитивных условий в предмет современного психологического исследования. В дальнейшем будет показано, что такое расширение логически вытекает из развития экологической психологии, культурно-исторического подхода, теории распределённой когниции, исследований проектирования среды и теории сложности, а понятие когнитивного мира позволяет интегрировать эти направления в единую исследовательскую рамку.

2. Человек больше не существует отдельно от своей когнитивной среды

Одним из наиболее значимых изменений современной психологической науки стало постепенное преодоление представления о психике как о системе, функционирующей независимо от условий человеческой деятельности. Если классические направления психологии преимущественно сосредотачивались на внутренних механизмах восприятия, памяти, внимания и мышления, то во второй половине XX века всё большее распространение получили подходы, рассматривающие психические процессы как результат постоянного взаимодействия человека с окружающей средой.

Одним из первых шагов в этом направлении стала культурно-историческая психология Л. С. Выготского. Согласно его концепции, развитие высших психических функций происходит не изолированно внутри индивида, а в системе социальных отношений, совместной деятельности и использования культурных средств (Vygotsky, 1978). Тем самым психическое развитие изначально рассматривается как процесс, опосредованный внешними условиями. Человек осваивает способы мышления не вне среды, а благодаря включённости в организованное культурное пространство.

Дальнейшее развитие эта идея получила в экологической теории человеческого развития У. Бронфенбреннера. Он показал, что развитие личности определяется не отдельными воздействиями среды, а системой взаимосвязанных уровней окружения — от семьи и образовательных институтов до более широких социальных структур (Bronfenbrenner, 1979). В такой перспективе психологический анализ уже не ограничивается исследованием внутренних характеристик субъекта; необходимым становится изучение архитектуры тех систем, внутри которых происходит развитие человека.

Экологический поворот получил дальнейшее развитие в работах Дж. Дж. Гибсона. В отличие от традиционных когнитивных моделей, рассматривавших восприятие как внутреннюю обработку сенсорной информации, Гибсон предложил понимать восприятие как непосредственное обнаружение возможностей действия (affordances), существующих в окружающей среде (Gibson, 1979). Иными словами, среда перестаёт быть внешним фоном психической деятельности и становится активным компонентом самого процесса восприятия. То, что способен увидеть и использовать человек, определяется не только его индивидуальными особенностями, но и структурой окружающего пространства.

Следующий шаг был сделан в теориях распределённой и расширенной когниции. Э. Хатчинс показал, что в реальной профессиональной деятельности когнитивные процессы распределяются между людьми, техническими средствами и организационными процедурами (Hutchins, 1995). Анализируя навигацию морских экипажей, он убедительно продемонстрировал, что мышление представляет собой свойство всей системы деятельности, а не исключительно отдельного человека. Аналогичную линию развивает А. Кларк, рассматривая внешние объекты, инструменты и информационные структуры как функциональное продолжение когнитивной системы человека (Clark, 2008). Согласно этой позиции, границы мышления не совпадают с границами мозга: они распространяются на те элементы среды, которые постоянно включены в процесс решения задач.

Существенное значение для понимания этой трансформации имеют и исследования проектирования среды. Д. Норман показывает, что свойства предметной среды способны существенно облегчать или, напротив, затруднять выполнение действий, направляя внимание человека и снижая когнитивную нагрузку (Norman, 2013). Поведение оказывается обусловленным не только внутренними решениями субъекта, но и тем, каким образом организовано пространство взаимодействия. В свою очередь, Г. Саймон подчёркивал, что в условиях информационного изобилия главным дефицитным ресурсом становится внимание, а следовательно, эффективность деятельности определяется прежде всего качеством организации среды, распределяющей этот ограниченный ресурс (Simon, 1971). Эти идеи позволяют рассматривать проектирование среды не как исключительно инженерную задачу, а как фактор, непосредственно влияющий на психологические процессы.

Дополнительное измерение этой проблемы раскрывает К. Вейк, рассматривая процессы смыслообразования как коллективную деятельность, возникающую внутри организационных структур (Weick, 1995). Индивидуальное мышление оказывается неразрывно связано с теми коммуникативными и организационными механизмами, посредством которых люди совместно интерпретируют происходящие события. Таким образом, психологический анализ всё чаще выходит за пределы индивидуального сознания и включает исследование тех систем взаимодействия, в которых формируется человеческое понимание.

Рассмотренные направления были разработаны независимо друг от друга и опирались на различные исследовательские традиции. Тем не менее их объединяет общий методологический вывод: психические процессы невозможно полностью объяснить вне условий, в которых они возникают и реализуются. Среда перестаёт рассматриваться как внешний контекст поведения и всё в большей степени понимается как необходимый элемент функционирования когнитивной системы.

Именно эта общая тенденция создаёт предпосылки для дальнейшего расширения предметного поля психологии. Если развитие, восприятие, мышление, внимание и смыслообразование оказываются принципиально связанными с организацией среды, то закономерным становится следующий исследовательский вопрос: каким образом изменение самой архитектуры человеческой среды влияет на характер психических процессов? Ответ на этот вопрос приобретает особую значимость в условиях возрастающей социальной и информационной сложности, когда предметом анализа становится уже не только человек, но и создаваемые им когнитивные миры как системы организации собственного развития.

3. Эпоха Разлома меняет главный вопрос психологии

Развитие научных дисциплин определяется не только накоплением новых эмпирических данных, но и изменением вопросов, которые они ставят перед собой. История науки показывает, что появление новых исследовательских объектов обычно начинается не с отрицания прежних знаний, а с осознания того, что существующие объяснительные модели перестают охватывать возрастающую сложность изучаемой реальности. В психологии подобная ситуация всё отчётливее проявляется в начале XXI века.

На протяжении большей части своей истории психология стремилась ответить на вопрос: как функционирует психика человека? Именно вокруг этого вопроса были сформированы основные направления исследований — психология восприятия, памяти, внимания, мышления, мотивации, эмоций и личности. Такой подход позволил создать фундаментальную научную базу для понимания закономерностей человеческого поведения. Однако современные условия развития общества существенно изменили контекст, внутри которого реализуются эти психические процессы.

Одной из наиболее характерных особенностей современной эпохи является стремительный рост сложности окружающей среды. Эта сложность проявляется не только в увеличении объёмов информации, но и в усложнении профессиональных практик, организационных структур, коммуникационных сетей и систем принятия решений. Э. Морен подчёркивал, что сложные системы не могут быть адекватно поняты путём анализа отдельных элементов, поскольку их свойства определяются характером взаимосвязей между компонентами (Morin, 2008). Следовательно, исследование человека неизбежно требует анализа тех систем, частью которых он становится.

Аналогичный вывод следует из работ Дж. Уэста, посвящённых закономерностям развития сложных социальных и организационных систем. По мере роста масштаба и сложности системы всё большую роль начинают играть не отдельные элементы, а архитектура связей между ними (West, 2017). Если перенести эту закономерность в психологическую плоскость, становится очевидно, что возможности человека определяются не только его индивидуальными характеристиками, но и качеством организации среды, внутри которой происходит деятельность. Иначе говоря, с увеличением сложности возрастает значение архитектуры когнитивного мира как фактора психологического развития.

Дополнительным основанием для такого вывода служат исследования ограниченной рациональности и когнитивных ограничений человека. Д. Канеман убедительно показал, что внимание, память и способность к обработке информации являются ограниченными ресурсами, вследствие чего человеческое мышление неизбежно использует эвристики и упрощённые стратегии принятия решений (Kahneman, 2011). В условиях умеренной сложности подобные механизмы позволяют эффективно адаптироваться к окружающей среде. Однако при экспоненциальном росте объёма информации и числа альтернатив когнитивные ограничения становятся одним из ключевых факторов человеческой деятельности.

Из этого следует важное методологическое следствие. Если когнитивные возможности человека ограничены объективными психологическими закономерностями, то дальнейшее повышение эффективности невозможно обеспечить исключительно за счёт развития индивидуальных способностей. Не менее значимой становится организация самой среды, позволяющей компенсировать ограничения внимания, памяти и обработки информации. Именно поэтому исследования когнитивной архитектуры постепенно переходят из области прикладного проектирования в сферу фундаментальных психологических исследований.

Таким образом, эпоха Разлома изменяет не природу человеческой психики, а условия её функционирования. Психологические механизмы внимания, мышления и принятия решений остаются теми же, однако среды, в которых они реализуются, становятся значительно более сложными, динамичными и насыщенными информацией. В результате смещается и центральный исследовательский вопрос современной психологии. Наряду с традиционным вопросом «как функционирует психика?» всё большее значение приобретает другой: «какие условия обеспечивают эффективное функционирование психики в условиях возрастающей сложности?»

Именно этот вопрос открывает возможность перехода к новому уровню психологического анализа. Если классическая психология преимущественно исследовала внутренние механизмы человеческой психики, то современная психологическая наука всё в большей степени сталкивается с необходимостью изучения архитектуры тех когнитивных миров, внутри которых эти механизмы формируются, реализуются и развиваются. Такой переход не означает отказа от традиционного предмета психологии; напротив, он представляет собой закономерное расширение её исследовательского поля в ответ на объективное усложнение человеческой деятельности.

4. Когнитивный мир как новый объект психологического анализа

Представленные выше исследования позволяют сделать важный методологический вывод. Если восприятие, мышление, обучение, принятие решений и смыслообразование формируются в постоянном взаимодействии человека с окружающей средой (Gibson, 1979; Vygotsky, 1978; Hutchins, 1995; Clark, 2008), то психологический анализ не может ограничиваться исключительно изучением внутренних психических процессов. Необходимым становится исследование тех условий, которые обеспечивают возникновение, поддержку и развитие этих процессов.

В этом контексте целесообразно рассматривать когнитивный мир как самостоятельный объект психологического анализа. Под когнитивным миром понимается специально организованная среда, внутри которой внимание, обучение, коммуникация, профессиональные практики и процессы смыслообразования объединяются в единую архитектуру человеческого развития. В отличие от традиционного понимания среды как совокупности внешних обстоятельств, когнитивный мир представляет собой систему взаимосвязанных условий, активно участвующих в функционировании психики.

Такое понимание логически продолжает экологический подход Дж. Дж. Гибсона, согласно которому возможности действия определяются структурой окружающей среды (Gibson, 1979), а также идеи Э. Хатчинса и А. Кларка, показавших, что когнитивные процессы распределяются между человеком, инструментами и организацией деятельности (Hutchins, 1995; Clark, 2008). Однако если эти исследования преимущественно объясняли механизмы взаимодействия человека со средой, то понятие когнитивного мира позволяет поставить следующий исследовательский вопрос: какими должны быть сами условия, обеспечивающие устойчивое развитие человеческого мышления?

С этой точки зрения объектом психологического исследования становятся не только индивидуальные когнитивные характеристики, но и архитектура среды как фактор их формирования. Это означает, что предметом анализа могут выступать принципы организации внимания, способы структурирования информационных потоков, модели профессионального взаимодействия, формы совместного обучения, механизмы формирования устойчивых когнитивных практик и системы распределения смыслов внутри сообщества. Все перечисленные элементы не являются внешними по отношению к психике; они становятся частью тех условий, в которых психические процессы приобретают конкретные формы.

Подобное расширение исследовательской перспективы согласуется с работами Д. Нормана, показавшего, что характеристики среды способны направлять поведение человека и существенно изменять когнитивную нагрузку (Norman, 2013). Оно также соответствует позиции Г. Саймона, рассматривавшего внимание как ограниченный ресурс, эффективность использования которого определяется организацией информационной среды (Simon, 1971). В обоих случаях проектирование среды рассматривается не как второстепенный фактор, а как один из механизмов повышения эффективности человеческой деятельности.

Не менее важное значение имеют исследования К. Вейка, согласно которым процессы коллективного смыслообразования возникают благодаря особенностям организационной среды (Weick, 1995). Если смысл конструируется в процессе взаимодействия людей, то качество этого взаимодействия становится самостоятельным психологическим фактором. Следовательно, анализ когнитивного мира включает исследование не только индивидуальных психических процессов, но и способов организации коллективного мышления.

В такой постановке вопроса когнитивный мир выступает не альтернативой личности и не заменой традиционного предмета психологии. Напротив, он представляет собой следующий уровень анализа, позволяющий исследовать закономерности формирования психических процессов в организованных условиях человеческой деятельности. Если классическая психология преимущественно отвечала на вопрос, как функционирует человек, то исследование когнитивных миров позволяет дополнить этот анализ вопросом, почему одни архитектуры среды способствуют развитию внимания, мышления и обучения, тогда как другие ограничивают эти процессы.

Таким образом, введение когнитивного мира в качестве объекта психологического исследования означает расширение предметного поля современной психологии. В центре внимания оказывается не только человек как носитель психических процессов, но и организация тех условий, которые делают возможными определённые формы когнитивной деятельности. Подобный подход не противоречит классическим психологическим теориям; напротив, он интегрирует их результаты в более широкую исследовательскую рамку, отвечающую требованиям возрастающей сложности современной социальной и профессиональной среды (Bronfenbrenner, 1979; Morin, 2008; West, 2017).

5. От объяснения психики к проектированию условий её развития

Расширение предметного поля психологии неизбежно изменяет и характер её исследовательских задач. Если психические процессы рассматриваются как возникающие во взаимодействии человека с организованной средой, то закономерным становится переход от описания механизмов функционирования психики к исследованию принципов организации тех условий, которые обеспечивают её развитие. В этом смысле проектирование когнитивных миров следует понимать не как новую прикладную технологию, а как логическое продолжение фундаментального психологического исследования.

Подобная постановка вопроса соответствует общей тенденции развития современной науки. Во многих дисциплинах объяснение явлений постепенно дополняется исследованием принципов их организации. Биология изучает не только отдельные организмы, но и экосистемы; экономика всё чаще анализирует институциональную архитектуру, определяющую поведение экономических субъектов; исследования сложных систем сосредоточиваются на свойствах связей, а не только отдельных элементов (Morin, 2008; West, 2017). Аналогичный процесс наблюдается и в психологии, где понимание психических процессов всё теснее связано с анализом среды их формирования.

В этой связи проектирование когнитивных миров не следует рассматривать как замену классических направлений психологической науки. Его задача заключается в выявлении тех характеристик среды, которые способствуют развитию внимания, мышления, обучения, профессиональной компетентности и способности к коллективному решению сложных задач. Иначе говоря, предметом исследования становятся психологические закономерности организации условий человеческого развития.

Такой подход непосредственно опирается на результаты рассмотренных ранее исследований. Если развитие психических функций носит культурно опосредованный характер (Vygotsky, 1978), если восприятие определяется структурой среды (Gibson, 1979), если когнитивные процессы распределяются между человеком и системой деятельности (Hutchins, 1995; Clark, 2008), если организация пространства влияет на поведение и когнитивную нагрузку (Norman, 2013), а внимание представляет собой ограниченный ресурс, распределение которого зависит от архитектуры информационной среды (Simon, 1971; Kahneman, 2011), то возникает возможность поставить новый исследовательский вопрос: какие принципы организации когнитивной среды обеспечивают наиболее благоприятные условия для развития человеческой психики?

Следовательно, объектом психологического анализа становится не только индивидуальное поведение, но и качество организации когнитивного мира. Это предполагает изучение таких характеристик, как структура информационных потоков, способы распределения внимания, архитектура профессионального взаимодействия, механизмы коллективного смыслообразования, организация образовательных пространств и устойчивость когнитивных практик. Все перечисленные аспекты подлежат психологическому исследованию постольку, поскольку они непосредственно влияют на процессы мышления, обучения, принятия решений и профессионального развития.

Подобная исследовательская перспектива открывает новые возможности для взаимодействия психологии с другими научными дисциплинами. Теория сложности, организационная психология, когнитивная эргономика, педагогическая психология, исследования искусственного интеллекта и проектирование цифровых сред получают общую методологическую основу, ориентированную на изучение условий функционирования человеческой когнитивной системы. При этом психология сохраняет свою фундаментальную роль, поскольку именно она исследует закономерности формирования и развития психических процессов, лежащие в основе любой архитектуры когнитивного мира.

Таким образом, развитие психологии в XXI веке может быть связано не столько с отказом от традиционного предмета исследования, сколько с последовательным расширением его границ. Изучение внутренних психических процессов остаётся необходимым основанием психологической науки, однако его уже недостаточно для объяснения поведения человека в условиях возрастающей сложности. Не менее важной задачей становится исследование закономерностей организации тех когнитивных миров, внутри которых эти процессы возникают, поддерживаются и развиваются.

В этой перспективе проектирование когнитивных миров следует понимать прежде всего как научную задачу. Речь идёт не о создании универсальных моделей среды, а о разработке психологических принципов организации условий человеческого развития, основанных на объективных закономерностях внимания, мышления, обучения и совместной деятельности. Именно в этом заключается одно из наиболее перспективных направлений дальнейшей эволюции современной психологической науки.

Перспективы дальнейших исследований

Предложенное в настоящей статье расширение предметного поля психологии открывает ряд новых исследовательских направлений, которые требуют самостоятельной теоретической и эмпирической разработки. Если когнитивный мир рассматривается как система условий, определяющих формирование и функционирование психических процессов, то возникает необходимость перехода от описания отдельных психологических механизмов к изучению закономерностей организации человеческих сред.

Одним из наиболее перспективных направлений представляется разработка психологической теории архитектуры когнитивных миров. Такая теория могла бы объединить результаты экологической психологии (Gibson, 1979), культурно-исторического подхода (Vygotsky, 1978), исследований распределённой когниции (Hutchins, 1995; Clark, 2008), экологической теории развития (Bronfenbrenner, 1979), психологии проектирования среды (Norman, 2013) и исследований организационного смыслообразования (Weick, 1995) в единую концептуальную модель, описывающую закономерности формирования условий человеческого развития.

Не менее важным направлением является разработка методов психологического анализа когнитивных миров. Современная психология располагает многочисленными инструментами исследования личности, когнитивных процессов и поведения, однако методология оценки архитектуры когнитивной среды остаётся недостаточно разработанной. Перспективным представляется создание критериев, позволяющих анализировать организацию внимания, структуру информационных потоков, характер профессиональных взаимодействий, распределение когнитивной нагрузки и механизмы коллективного смыслообразования как психологически значимые характеристики среды.

Особое значение приобретают исследования взаимосвязи между архитектурой когнитивного мира и эффективностью человеческого развития. Представляет научный интерес изучение того, каким образом различные типы образовательных, профессиональных, научных и цифровых сред влияют на процессы обучения, принятия решений, формирования компетентности, профессиональной устойчивости и коллективного мышления. Подобные исследования способны существенно расширить возможности прикладной психологии, сохраняя при этом её фундаментальную исследовательскую основу.

Дальнейшее развитие данного направления предполагает также более глубокую интеграцию психологии с исследованиями сложности. Работы Э. Морена (Morin, 2008) и Дж. Уэста (West, 2017) показывают, что по мере роста сложности систем всё большее значение приобретают характеристики их внутренней организации. Это позволяет предположить, что закономерности проектирования когнитивных миров могут стать одним из центральных объектов психологических исследований в условиях дальнейшего усложнения социальной и технологической среды.

Наконец, самостоятельной задачей становится формирование междисциплинарной исследовательской программы, объединяющей психологию, педагогику, организационные исследования, когнитивную эргономику, исследования искусственного интеллекта и науки о сложности. В рамках такой программы психология может выступить в качестве дисциплины, определяющей фундаментальные закономерности организации условий, необходимых для устойчивого развития человеческого мышления в XXI веке.

Настоящая статья не завершает обсуждение обозначенной проблемы. Напротив, она открывает исследовательскую программу, посвящённую психологии когнитивных миров и принципам проектирования архитектур человеческого развития. Дальнейшее развитие этой программы предполагает как углубление теоретических оснований предлагаемого подхода, так и разработку методов эмпирического исследования когнитивных миров как нового объекта современной психологической науки.

Выводы

Проведённый анализ показывает, что возрастающая сложность современной социальной, профессиональной и информационной среды приводит к постепенному расширению предметного поля психологической науки. При сохранении фундаментального значения исследований внутренних психических процессов становится всё более очевидным, что их полноценное объяснение невозможно без анализа условий, в которых эти процессы возникают, поддерживаются и развиваются.

В статье показано, что данная тенденция закономерно вытекает из развития нескольких влиятельных исследовательских направлений современной науки. Культурно-историческая психология, экологическая психология, теория распределённой когниции, экологическая теория развития, исследования проектирования среды и теория сложности, несмотря на различие своих методологических оснований, последовательно демонстрируют возрастающую роль архитектуры среды в формировании человеческого мышления и поведения (Vygotsky, 1978; Gibson, 1979; Bronfenbrenner, 1979; Hutchins, 1995; Clark, 2008; Norman, 2013; Morin, 2008; West, 2017).

На основании проведённого анализа обосновано положение о том, что когнитивный мир может рассматриваться как новый объект психологического исследования. Под когнитивным миром понимается специально организованная система условий, внутри которой внимание, обучение, коммуникация, профессиональная деятельность и процессы смыслообразования объединяются в единую архитектуру человеческого развития. Введение данного понятия не предполагает пересмотра классического предмета психологии, а представляет собой его последовательное расширение в соответствии с изменением условий человеческой деятельности.

Тем самым центральный тезис статьи получает теоретическое обоснование: будущее психологии связано со смещением исследовательского интереса от внутренних психических процессов к архитектуре условий, в которых эти процессы формируются, поддерживаются и развиваются. Такое смещение отражает не отказ от традиционных психологических исследований, а естественный этап эволюции дисциплины в ответ на усложнение когнитивной, социальной и технологической среды.

В этой связи одним из наиболее перспективных направлений развития современной психологии становится исследование закономерностей организации когнитивных миров как систем, обеспечивающих устойчивое развитие человеческого мышления, обучения, профессиональной деятельности и коллективного смыслообразования. Именно такое расширение исследовательской перспективы позволяет сохранить преемственность классической психологической науки и одновременно обеспечить её соответствие вызовам XXI века.

References

Bronfenbrenner, U. (1979). The Ecology of Human Development: Experiments by Nature and Design. Harvard University Press.

Bruner, J. (1996). The Culture of Education. Harvard University Press.

Clark, A. (2008). Supersizing the Mind: Embodiment, Action, and Cognitive Extension. Oxford University Press.

Gibson, J. J. (1979). The Ecological Approach to Visual Perception. Houghton Mifflin.

Hutchins, E. (1995). Cognition in the Wild. MIT Press.

Kahneman, D. (2011). Thinking, Fast and Slow. Farrar, Straus and Giroux.

Morin, E. (2008). On Complexity. Hampton Press.

Norman, D. A. (2013). The Design of Everyday Things (Revised and Expanded ed.). Basic Books.

Simon, H. A. (1971). Designing organizations for an information-rich world. In M. Greenberger (Ed.), Computers, Communication, and the Public Interest (pp. 37–72). Johns Hopkins University Press.

Vygotsky, L. S. (1978). Mind in Society: The Development of Higher Psychological Processes. Harvard University Press.

Weick, K. E. (1995). Sensemaking in Organizations. Sage Publications.

West, G. (2017). Scale: The Universal Laws of Life, Growth, and Death in Organisms, Cities, and Companies. Penguin Press.

Автор: Лопатюк Ирина — Член Президиума Европейской академии наук Украины