Автор: Олег Мальцев

Что именно человек передаёт искусственному интеллекту?

Аннотация

Дискуссия о влиянии генеративного искусственного интеллекта на человеческое мышление преимущественно строится вокруг вопроса о когнитивной деградации: ухудшается ли память, ослабевает ли критическое мышление, снижается ли способность человека самостоятельно решать задачи? Однако, возможно, сам предмет исследования следует сформулировать иначе. Основная опасность может заключаться не в непосредственном снижении когнитивных способностей, а в постепенном размыкании интеллектуального цикла. В этом случае человек продолжает участвовать в интеллектуальной деятельности, но постепенно перестаёт быть автором её полной архитектуры.

Исходной точкой для такого рассмотрения является эссе Тронда Арне Ундхайма «The Zen of the Closed Loop», опубликованное 27 августа 2026 года. В нём предложено понятие process boredom: работа может оставаться сложной и ответственной, однако удовлетворение исчезает, если человеку достаются лишь постановка запроса, проверка и передача результата, тогда как построение целого происходит внутри машины.

В настоящей статье предлагается более широкая гипотеза: принципиальным является не количество работы, переданной ИИ, а сохранение человеком когнитивного авторства, то есть власти над происхождением задачи, постановкой вопроса, архитектурой решения, критериями оценки, окончательным суждением и восприятием последствий принятого решения. Само по себе делегирование отдельных операций интеллектуальный цикл не размыкает. Он размыкается тогда, когда машине передаётся управление когнитивной траекторией.

1. Неправильно поставленный вопрос

Вопрос «делает ли искусственный интеллект человека глупее?» удобен для газетного заголовка, но слишком груб для научного анализа. История человеческой деятельности показывает, что передача отдельных интеллектуальных операций внешним инструментам сама по себе не означает интеллектуальной деградации.

Калькулятор избавил человека от необходимости выполнять множество вычислений вручную. Письменность позволила перестать удерживать огромные объёмы информации исключительно в памяти. Книга передала часть памяти внешнему объекту, а компьютер взял на себя поиск, хранение, сортировку и вычисление. Ни один из этих переходов сам по себе не означает, что человек стал менее интеллектуальным.

Когнитивная разгрузка является не патологией, а одним из нормальных механизмов человеческой деятельности. Человек постоянно распределяет работу между собственной памятью, записями, приборами, другими людьми и внешней средой.

Однако генеративный ИИ создаёт принципиально новую ситуацию. Предыдущие инструменты преимущественно помогали человеку хранить, находить, рассчитывать или преобразовывать то, что оставалось частью его собственного интеллектуального действия. Генеративная система впервые в массовом масштабе способна самостоятельно производить законченный когнитивный продукт: аргумент, план, статью, стратегию, интерпретацию, программу исследования или решение задачи.

Поэтому настоящий вопрос звучит иначе: какая часть интеллектуального действия должна остаться за человеком, чтобы это действие по-прежнему оставалось его действием?

2. Наблюдение Ундхайма

Ундхайм предлагает отказаться от привычной тревоги вокруг «отупления» и посмотреть на изменение самого характера труда. В его описании у человека постепенно может остаться роль того, кто формулирует запрос, оценивает полученный ответ, исправляет очевидные дефекты и передаёт результат дальше. При этом работа вовсе не обязательно становится лёгкой: проверка может быть сложной, ответственность — огромной, а цена ошибки — высокой.

Но исчезает другое — ощущение целого.

Человек больше не проходит весь путь от первоначального намерения к построенному результату. Именно это Ундхайм называет process boredom — процессуальной скукой.

В качестве психологической основы он обращается к классической работе Роберта Уайта 1959 года о мотивации компетентности и effectance: человеку важно не только получить вознаграждение, но и переживать собственную способность эффективно воздействовать на окружающую среду.

Это наблюдение чрезвычайно продуктивно, однако его необходимо продолжить. Скука, вероятно, не является самой проблемой. Она может быть одним из её феноменологических следов. Под ней может находиться значительно более фундаментальное изменение: человек перестаёт переживать себя источником интеллектуального действия.

3. Где необходимо выйти за пределы Ундхайма

Ундхайм противопоставляет работу, в которой результат непосредственно «отвечает» человеку, и интеллектуальный труд, где цепь результата всё чаще проходит через посредников и машины. Отремонтированный двигатель запускается или не запускается. Вино получилось или не получилось. Построенная конструкция выдерживает нагрузку или нет. В подобных случаях человеку легко увидеть связь между собственным действием и результатом.

Однако физический характер работы не является обязательным условием замкнутого цикла.

Математик может десятилетиями существовать внутри совершенно замкнутого интеллектуального цикла. Учёный формулирует проблему, строит гипотезу, проектирует эксперимент, получает данные, интерпретирует их и сталкивается с результатом исследования. Писатель придумывает конструкцию книги, создаёт текст, исправляет его и получает реакцию читателя. Фотограф формирует замысел, выбирает камеру и объектив, определяет момент и экспозицию, производит кадр, а затем видит изображение.

Во всех этих случаях результат способен «ответить» автору не хуже двигателя или виноградника.

Следовательно, необходимо отказаться от противопоставления физического и интеллектуального труда. Настоящая граница проходит в другом месте — между операцией и архитектурой действия.

4. Операция и архитектура

Это различение является центральным для предлагаемой модели.

Интеллектуальная деятельность состоит из огромного количества отдельных операций. Поиск источников является операцией, как и перевод текста, вычисление, составление таблицы, сравнение десятков вариантов или проверка грамматики. Передача подобных операций машине сама по себе не уничтожает авторство.

Учёный не перестаёт быть автором исследования потому, что статистические расчёты выполняет компьютер. Архитектор не перестаёт быть архитектором потому, что расчёт прочности выполняет программный комплекс. Режиссёр не перестаёт быть автором фильма потому, что оператор держит камеру, монтажёр собирает материал, а композитор пишет музыку.

Авторство определяется не монополией на выполнение всех операций. Оно определяется управлением архитектурой действия.

Архитектура отвечает на целый ряд вопросов: почему вообще возникла эта задача; что именно необходимо выяснить; какие различия считаются существенными; что является доказательством; каким образом будет строиться решение; какие варианты отвергаются; почему выбирается именно этот вариант; какой результат считается приемлемым и что полученный результат означает.

Поэтому человек может передать искусственному интеллекту девяносто процентов технических операций и сохранить интеллектуальное авторство. И наоборот, человек может самостоятельно напечатать половину текста, но фактически потерять авторство, если ИИ определил проблему, структуру аргумента, критерии и вывод.

Именно это различение позволяет уйти от бессмысленного измерения «процента использования ИИ». Количество машинной работы и степень человеческого авторства — не одно и то же.

5. Разомкнутый интеллектуальный цикл

Предлагаем определить интеллектуальный цикл как целостную организацию деятельности, соединяющую возникновение намерения, постановку задачи, построение решения, производство результата, оценочное суждение и получение обратной связи о последствиях.

Цикл является замкнутым не тогда, когда человек собственноручно выполнил каждую операцию, а тогда, когда он способен проследить и воспроизвести внутреннюю причинность собственного результата. Он понимает, откуда возник вопрос и почему задача была поставлена именно таким образом; знает, почему выбрана данная конструкция решения; способен объяснить, почему один вариант был принят, а другой отвергнут; может обнаружить ошибку не только потому, что «ответ выглядит странно», но и потому, что понимает нарушение логики построения. Наконец, он принимает результат как собственное суждение и способен отвечать за его последствия.

Разомкнутый интеллектуальный цикл возникает тогда, когда одна или несколько центральных частей этой архитектуры переходят к внешней системе настолько, что человек получает готовые когнитивные конструкции, происхождение которых уже не способен полностью восстановить.

Он может оценивать такие конструкции, редактировать их и даже прекрасно понимать текст после его появления. Но понимание готового решения ещё не означает авторства его происхождения.

Здесь возникает фундаментальное различие между двумя способами использования ИИ. В первом случае ИИ расширяет человеческий интеллектуальный цикл. Во втором — заменяет его центральные участки.

6. ИИ как усилитель и ИИ как заместитель

Свежие эмпирические данные уже начинают обнаруживать именно это различие.

В июле 2026 года Qiuhan Zhu и соавторы предложили разделять dependent cognitive offloading и autonomous cognitive offloading. В первом случае пользователю свойственно передавать системе центральные операции мышления; во втором ИИ используется как опора, однако пользователь сохраняет когнитивную субъектность. В трёхволновом исследовании участвовали 589 студентов и молодых специалистов. Зависимая разгрузка была связана с большей передачей когнитивной агентности системе и меньшей внутренней мотивацией, тогда как автономная разгрузка была связана с сохранением мотивации и не показывала аналогичного переноса когнитивной власти. Авторы при этом справедливо подчёркивают, что их дизайн позволяет говорить об ассоциациях, а не доказывает причинность.

Особенно важен введённый ими термин cognitive agency transfer. Речь идёт не просто о доверии машине. Человек постепенно передаёт ей право решать, что считать релевантным, как оценивать свидетельства и к какому заключению приходить. Авторы прямо отделяют этот процесс от обычного доверия к автоматизации: меняется не только отношение к инструменту, но и место, где находится управление мышлением.

Это почти непосредственно подходит к предлагаемой модели. Однако понятие разомкнутого интеллектуального цикла шире: оно позволяет исследовать не только момент передачи агентности, но всю конфигурацию действия.

7. Когнитивное авторство

7 августа 2026 года Jing Su, Zhuo Wang, Zhen Qiang и Zhonghou Wang опубликовали исследование, посвящённое cognitive ownership — ощущению принадлежности человеку собственного интеллектуального продукта. Авторы опросили 239 будущих преподавателей и обнаружили связь привычной зависимости от генеративного ИИ с опасением утраты субъектности при проектировании учебной деятельности. В их модели зависимость от GenAI существенно предсказывала обеспокоенность утратой когнитивного авторства.

Это даёт нам ещё одну часть конструкции.

Агентность отвечает на вопрос: кто управляет мышлением?

Когнитивное авторство отвечает на вопрос: чьим является получившийся интеллектуальный продукт?

Но можно добавить третий вопрос: кто прошёл путь от причины возникновения задачи до столкновения с последствиями результата?

Именно третий вопрос позволяет говорить о замкнутости цикла.

8. Продукт может улучшиться, а человек — не научиться

Особенно показательно исследование, опубликованное в Frontiers in Psychology 28 августа 2026 года, буквально накануне написания настоящей статьи.

В восьминедельном квазиэксперименте участвовали 180 китайских студентов, 168 из которых завершили программу. Сравнивались обучение без ИИ, ограниченная поддержка ИИ с обязательной рефлексией и открытая работа с ИИ. В процессе выполнения заданий открытое сотрудничество с ИИ давало очень высокий уровень поддержанного продукта. Однако на восьмой неделе участники выполняли новое задание самостоятельно, без ИИ и без доступа к предыдущим материалам. Группа с ограниченной, структурированной поддержкой показала лучший результат, чем группа открытого сотрудничества с ИИ, по качеству текста, глубине аргументации, мышлению высшего порядка и самостоятельной переработке текста. При этом автор подчёркивает ограничения дизайна: всего шесть учебных классов, пограничные значения статистической неопределённости и невозможность полностью отделить эффект ограничения ИИ от эффекта обязательной рефлексии.

С методологической точки зрения здесь обнаруживается чрезвычайно важный феномен: качество интеллектуального продукта при поддержке ИИ и качество человеческой способности, оставшейся после удаления ИИ, являются двумя разными переменными.

Это должно стать одним из оснований нашего исследования.

Современная оценка ИИ слишком часто измеряет только продукт: текст стал лучше, отчёт создан быстрее, код работает, презентация выглядит убедительнее. Но это ещё ничего не говорит о том, что произошло с интеллектуальной системой человека.

9. Человек может успешно контролировать то, чего уже не умеет производить

Исследование Microsoft Research и Carnegie Mellon University 2025 года на 319 специалистах интеллектуального труда и 936 реальных примерах использования генеративного ИИ показало характерный сдвиг критической деятельности. При использовании GenAI часть усилий перемещалась от поиска информации к её проверке, от решения задачи к интеграции машинного ответа и от непосредственного выполнения к надзору за выполнением. Более высокая уверенность пользователя в возможностях ИИ была связана с меньшими заявленными усилиями критического мышления.

Сам по себе переход к надзору не является отрицательным явлением. Главный хирург также не выполняет каждую операцию команды, а генеральный конструктор не чертит каждый болт.

Однако возникает опасный предел. Чтобы содержательно контролировать деятельность, необходимо иметь модель того, как эта деятельность могла быть произведена.

Если производство передаётся машине достаточно долго, может возникнуть парадокс: человек остаётся ответственным за проверку результата, но постепенно теряет компетентность, необходимую для глубокой проверки.

Это уже не просто разгрузка. Это разрыв между ответственностью и производящей компетентностью.

Именно здесь позиция «человек всегда останется контролёром ИИ» становится проблематичной. Контроль является интеллектуальной профессией не меньшей сложности, чем производство. Нельзя бесконечно качественно судить о деятельности, внутреннюю логику которой человек перестал практически воспроизводить.

10. Почему одного понятия «когнитивной деградации» недостаточно

Даже если будущие исследования покажут, что память или определённые показатели критического мышления пользователей ИИ существенно не ухудшаются, проблема разомкнутого цикла всё равно останется.

Человек может сохранить высокий интеллект и потерять авторство над собственным интеллектуальным производством. Он может прекрасно понимать чужое решение, виртуозно выбирать между десятью предложенными машиной вариантами и профессионально находить ошибки. Но существует принципиальная разница между способностью распознать сильное решение и способностью породить архитектуру решения.

Поэтому когнитивная деградация и размыкание интеллектуального цикла — разные гипотезы. Первая спрашивает, что происходит со способностями. Вторая спрашивает, что происходит с субъектом действия.

11. Предварительная модель замкнутости

Предлагаем рассматривать замкнутость интеллектуального цикла минимум в семи измерениях: происхождение намерения, постановка проблемы, архитектура поиска решения, производство промежуточных конструкций, критерии оценочного суждения, принятие окончательного решения и получение обратной связи от последствий.

Человек не обязан самостоятельно исполнять всё, что находится внутри каждого измерения. Однако он должен сохранять способность объяснить связь между ними. Именно связь, а не ручное исполнение, образует интеллектуальное целое.

Отсюда следует важный диагностический вопрос: может ли человек без обращения к истории диалога с ИИ восстановить логику происхождения собственного результата?

Речь идёт не о том, чтобы дословно воспроизвести текст или повторить ответ. Необходимо восстановить саму логику: почему возник вопрос, какие альтернативы существовали, почему одна линия была отвергнута, на каком основании сформировался вывод и что изменилось бы при изменении исходных условий.

Если эта реконструкция невозможна, высокое качество конечного продукта может маскировать глубокое размыкание цикла.

12. Четыре режима взаимодействия человека и ИИ

Теоретически можно выделить четыре состояния.

В первом человек самостоятельно выполняет и архитектуру, и основные операции. Это классический замкнутый человеческий цикл.

Во втором человек сохраняет архитектуру действия, но интенсивно передаёт ИИ операции. Это усиленный замкнутый цикл. Именно он, вероятно, представляет наиболее продуктивную форму человеческо-машинного взаимодействия.

В третьем архитектура распределяется между человеком и ИИ: человек ещё принимает ключевые решения, но всё больше исходных вариантов, критериев и направлений предлагает машина. Это переходная зона.

В четвёртом ИИ фактически генерирует не только содержание, но проблему, способ её рассмотрения, структуру решения и вывод, тогда как человеку остаются запрос, выбор и редактирование. Это разомкнутый интеллектуальный цикл.

Важно понять, что внешне второй и четвёртый режимы могут выглядеть практически одинаково. В обоих случаях человек сидит перед тем же интерфейсом, использует десятки запросов, получает машинный текст и может получить превосходный итоговый результат.

Различие обнаруживается только при анализе происхождения решения.

13. Главная гипотеза

Центральную гипотезу настоящего исследования можно сформулировать следующим образом:

Риск генеративного ИИ для интеллектуальной деятельности определяется не объёмом когнитивной разгрузки как таковой, а степенью передачи машине архитектурного управления интеллектуальным действием.

Из этого следует несколько проверяемых предсказаний.

При одинаковом качестве конечного продукта пользователи, сохранившие архитектуру решения, должны лучше восстанавливать ход собственного мышления. Они должны лучше переносить найденный принцип на новую задачу, эффективнее обнаруживать не очевидные фактические ошибки, а ошибки самой постановки задачи, демонстрировать более устойчивое чувство авторства и лучше работать после удаления ИИ. Наконец, использование ИИ должно значительно меньше снижать внутреннюю мотивацию там, где пользователь остаётся архитектором действия.

14. Экспериментальная проверка

Первый эксперимент целесообразно строить не как сравнение «ИИ против человека». Такое сравнение уже методологически устарело. Следует сравнивать режимы организации интеллектуального цикла.

Три группы получают одинаковую сложную аналитическую задачу. Первая работает без генеративного ИИ. Вторая получает свободный доступ к ИИ и может передавать системе постановку проблемы, поиск подходов, структурирование и производство конечного решения. Третья получает тот же мощный ИИ, однако работает по протоколу сохранённого авторства: проблема и исходная гипотеза формулируются до обращения к системе; человек фиксирует собственные критерии; ИИ используется для поиска альтернатив, критики, проверки, вычислений и производства вспомогательных материалов; окончательная архитектура решения вновь формируется человеком.

При этом нас интересует не только итоговый продукт.

После завершения работы ИИ удаляется. Испытуемый должен объяснить происхождение решения, восстановить ключевые развилки, найти намеренно встроенную концептуальную ошибку, перенести принцип на новую задачу, изменить решение при замене одного исходного условия и самостоятельно построить сокращённую версию аналогичной конструкции.

Дополнительно измеряются переживание авторства, компетентности, удовлетворения процессом, внутренняя мотивация и process boredom.

Тогда мы впервые сможем увидеть не просто, что произвела система «человек плюс ИИ», а что осталось в человеке после завершения совместной работы.

15. Индекс замкнутости интеллектуального цикла

Следующим этапом исследования должен стать Индекс замкнутости интеллектуального цикла — ИЗИЦ.

Его задача не измерять частоту использования ChatGPT, количество запросов или объём машинного текста. Он должен отвечать на другой вопрос: какая доля причинной архитектуры интеллектуального результата остаётся принадлежащей человеку?

Высокий ИЗИЦ может существовать при очень интенсивном использовании ИИ. Низкий ИЗИЦ может существовать даже при относительно небольшом количестве машинного текста.

Это особенно важно. Например, одного запроса «предложи мне правильную концептуальную модель этой проблемы» может быть достаточно, чтобы машина определила всю дальнейшую траекторию исследования. И наоборот, сто обращений к ИИ за источниками, контраргументами, вычислениями, переводами и критикой не обязательно уменьшают авторство, если сама исследовательская архитектура остаётся человеческой.

Поэтому единицей анализа должен быть не промпт. Единицей анализа должно стать решение.

16. Связь с моделью «Человек-Я — кибернетическая машина тела — ИИ»

В рамках нашей более широкой модели это исследование позволяет провести особенно важную границу.

ИИ способен чрезвычайно эффективно разгружать человека от операций. В этом смысле он может становиться внешним продолжением функциональной кибернетической машины.

Но разгрузка Человека-Я и замещение Человека-Я — не одно и то же.

Вопрос начинается там, где система перестаёт только выполнять порученную работу и получает власть над тем, какую работу считать необходимой, какую проблему считать центральной, какие различия считать существенными и какое заключение принять.

Следовательно, стратегическая граница использования ИИ проходит не по линии «человек делает — машина делает». Она проходит по линии:

кто является источником управления интеллектуальным действием?

Это значительно более точный критерий.

17. Новая грамотность эпохи ИИ

Из этого следует неожиданное педагогическое следствие.

Главным навыком работы с искусственным интеллектом может оказаться вовсе не умение писать хорошие промпты. Промптинг является лишь техникой интерфейса. Главным навыком становится способность удерживать замкнутый интеллектуальный цикл при наличии чрезвычайно мощного внешнего исполнителя.

Человек будущего должен уметь передавать машине огромный объём работы, не передавая ей происхождение собственной цели. Он должен использовать предложенные машиной варианты, не превращая их автоматически в пространство собственных возможных решений. Он должен использовать машинную критику, не передавая машине окончательный критерий истины. Он должен получать готовые конструкции и одновременно сохранять способность разрушить их и построить другие.

Это уже не просто «AI literacy». Это грамотность когнитивного суверенитета.

Заключение

Тронд Арне Ундхайм поставил чрезвычайно своевременный вопрос. Возможно, одним из первых массовых последствий генеративного ИИ станет не очевидное интеллектуальное ослабление человека, а странное состояние, при котором интеллектуальный труд остаётся сложным, быстрым и продуктивным и одновременно перестаёт давать человеку переживание целостного действия. Его понятие process boredom хорошо фиксирует один из симптомов этого изменения.

Но проблема глубже скуки.

Речь идёт о когнитивном авторстве.

Генеративный ИИ впервые позволяет человеку массово получать результаты интеллектуальной деятельности, не проходя всю траекторию их происхождения.

Поэтому центральным вопросом эпохи ИИ становится не вопрос: сколько работы сделала машина? И даже не вопрос: стал ли человек после этого умнее или глупее?

Настоящий вопрос иной: остался ли человек автором полного интеллектуального действия?

Можно передать машине вычисление, поиск, черновик, перебор вариантов, перевод, моделирование, визуализацию и критику. Можно передать почти всю исполнительную работу. Но если человек сохраняет происхождение задачи, архитектуру решения, критерии, окончательное суждение и способность встретиться с последствиями этого суждения как со своими, интеллектуальный цикл остаётся замкнутым.

Если же машине постепенно передаётся сама власть определять траекторию мышления, происходит качественно иное событие. Человек ещё участвует в интеллектуальной деятельности, но уже не обязательно является её автором.

Именно этот переход — от делегирования операций к делегированию архитектуры действия — должен стать новым предметом исследования отношений человека и искусственного интеллекта.